Восьмеричный путь в буддизме кратко

Этим текстом мы открываем цикл статей по буддизму. Для тех читателей, кто уже продвинулся на пути познания буддизма как философского учения, возможно, эта статья будет полезна тем, что в ней мы не просто рассмотрим буддизм как явление, религию, философию или систему мышления отдельно от других мировых религий и учений, но прежде всего мы постараемся показать, каким образом те вещи, что проповедует буддизм, неразрывно связаны с другими течениями философской и религиозной мысли. Мы рассмотрим буддизм как философское учение, а также покажем, каким образом оно трансформировалось в культ и стало считаться одной из главных мировых религий. Мы посмотрим на то, что лежало в основе буддизма, и его взаимосвязь не только с учением веданты и йоги, но также и с авраамическими религиями.

В этой статье, которая предполагает анализ темы, т. е. «препарирование» материала (разделение его на составные части для того, чтобы сделать доступным для понимания), мы тем не менее будем использовать синтетический подход — сравнивая, казалось бы, несравнимое и перекидывая мосты между теми понятиями, которые с течением времени почему-то стали восприниматься в качестве независимых и несвязанных между собой явлений. Однако это далеко не так, и сами корни буддизма (история его происхождения) указывают на это.

Это
правильные взгляды, правильное мышление,
правильные слова, правильный образ
жизни, правильные стремления, правильная
память и правильное сосредоточение.

Правильные
взгляды — это значит познание четырех
истин, вера в истину причинности и
правильный взгляд на вещи.

Правильное
мышление — это значит не поддаваться
желаниям, не жаждать, не гневаться и не
причинять вреда другим.

Правильные
слова — значит не лгать, не болтать, не
сквернословить и не лицемерить.

Правильные
дела — значит не умерщвлять живых
существ, не воровать и не прелюбодействовать.

Правильный
образ жизни — это значит избегать
постыдного для человека образа жизни.

Правильные
стремления — это значит постоянно, не
ленясь, прикладывать усилия к достижению
правильных целей.

Правильная
память — это значит обдуманность в
действиях.

Правильное
сосредоточение — это значит внутреннее
созерцание с целью установления перед
собой правильных целей и просветления
разума.

Таким
образом, восьмеричный путь включает
три основные составляющие: шила —
культура поведения (правильные мысль,
слово, действие), самадхи — культура
медитации (правильные осознание и
сосредоточение) и праджня — культура
мудрости (правильные взгляды).

Первое
правило — вести простую, скромную,
смиренную жизнь.

Второе
правило — сохранять супружескую
верность.

Третье
правило — не лгать.

Четвертое
правило — не убивать.

Пятое
правило — не употреблять наркотических
веществ.

На
свете есть семь пожертвований, которые
может сделать и бедный человек, не
имеющий никакого состояния.

Во-первых,
физическое жертвование. Это служение
своим трудом, высшая форма которого —
самопожертвование.

Во-вторых,
духовное жертвование. Это чуткое и
внимательное отношение к окружающим
людям и вещам.

В-третьих,
жертвование глазами. Это добрый и кроткий
взгляд, умиротворяющий окружающих.

В-четвертых,
жертвование мягким лицом. Это постоянная
теплая улыбка на губах.

В-пятых,
жертвование словами. Это слова участия
и внимания.

В-шестых,
жертвование местом. Это значит уступать
свое место другим.

В-седьмых,
жертвование своим домом. В своем доме
давать приют на ночь другим.

Все
эти пожертвования может делать всякий
человек в своей повседневной жизни.

С. Чаттерджи, Д.
Датта

Указанный Буддой
путь состоит из восьми ступеней, или
правил, и поэтому носит название
восьмеричного благородного пути
(аштангика-марга).
Он дает представление об основных чертах
буддийской морали. Этот путь открыт для
всех – и монахов
и
непосвященных. Этот благородный путь
состоит в приобретении
следующих восьми добродетелей.

Но размышление о
бренной, преходящей и отвратительной
природе
тела, ума, чувств и так далее помогает
нам освободиться
от
этого чувства, а также от сожаления по
поводу утраты земных
вещей.
Это освобождение необходимо для
постоянного сосредоточения
мысли на истине.

В
«Дигха-никайе», сутта 22, Будда дает очень
подробные
наставления
о том, как практиковать подобное
размышление.
Например,
рассматривая тело, надо помнить и думать
о том, что оно является лишь соединением
четырех элементов (земли, воды, огня и
воздуха), что оно наполнено всеми видами
отвратительной материи: мясом,
костями, кожей, внутренностями,
нечистотами, желчью,
мокротой, кровью, жиром и т.д. На кладбище
можно увидеть, как мертвое тело
разлагается, пожирается собаками и
грифами, а затем, постепенно смешиваясь
с элементами материи, исчезает. Благодаря
такому усиленному размышлению стремящийся
может вспомнить о
том, что реально
есть тело: как оно отвратительно, тленно
и преходяще!
«Он отбросит все фальшивые чувства и
привязанность к
телу, телу своему и
телу других». Простым усилением
размышлений
об ощущениях, уме и пагубных душевных
состояниях стремящийся
освобождается от привязанности ко всему
этому и печали
по
поводу их утраты. Окончательным
результатом этого четырехстороннего
напряженного размышления будет
отрешенность от всех объектов, которые
привязывали человека к миру.

Наконец, ищущий
пытается избавиться даже от этого
сознания освобождения и невозмутимости
и от всех чувств радости и воодушевления,
которые он ранее испытывал. Тем самым
он достигает четвертой стадии
сосредоточения – состояния совершенной
невозмутимости, безразличия и
самообладания, без стра-дания
и без освобождения. Таким образом, он
достигает желанной
цели – прекращения всякого страдания.
На этой стадии ищущий достигает архатства,
или нирваны.

Так наступают
совершенная мудрость (праджня)
и совершенная
праведность (шила).

Суммируя предписания
восьмеричного пути (или что, то же самое,
этического учения Будды), нужно, прежде
всего, заметить,
что он состоит из трех основных гармонично
культивируемых факторов:
познания (праджня)
поведения
(шила)
и
сосредоточения
(самадхи). В
индийской философии знание и нравственность
считаются неотделимыми не просто потому,
что нравственность или добродетель
зависят от знания того, что хорошо по
мнению всех
философов, но также и потому, что
совершенствование
познания
не представляется возможным без
нравственности, то есть
без добровольного контроля своих
страстей и предрассудков.

Будда
четко установил в одной из своих бесед,
что очищающие
друг друга
добродетель и мудрость неотделимы.
Восьмеричный
путь
начинают с «правильных взглядов», просто
с усвоения
четырех
благородных истин. Ум вступившего на
этот путь
человека
еще не очищен от прежних заблуждений и
возникших
из
них дурных страстей и эмоций; более
того, прежние привычки
в мышлении, речи и поступках продолжают
оказывать на него свое
влияние. Столкновение противоречивых
сил – хороших новых
и
старых дурных – создает, выражаясь
языком современной
психологии,
раздвоенную личность. Семь ступеней,
начиная с
правильной решимости,
представляют собой постоянную школу
разрешения этого конфликта посредством
преобразования прежней личности.
Повторным размышлением о том, что есть
истина и что – добро, воспитанием воли
и чувства – соответственно путем
непоколебимой решимости и бесстрастного
поведения – постепенно достигается
гармония личности, в которой мысль, воля
и чувства воспитаны и очищены в свете
истины1.

татья о буддизме — философском учении, которое часто принимают за религию. Вероятно, это не случайно. Прочитав небольшую статью о буддизме, вы сами решите, насколько буддизм можно отнести к религиозному учению, или, скорее, он является философской концепцией.

Прежде всего, давайте с самого начала обозначим, что, хотя для большинства людей буддизм — это религия, в том числе и для его последователей, однако на самом деле буддизм никогда не был религией и быть ей не должен. Почему? Потому что один из первых просветлённых, Будда Шакьямуни, несмотря на то, что сам Брахма вменил ему в обязанности передавать учение другим (о чём буддисты предпочитают умалчивать по очевидным причинам), никогда не хотел делать из факта своего просветления культ и тем более культ поклонения, который всё-таки впоследствии привёл к тому, что буддизм всё больше и больше стали понимать как одну из религий, и тем не менее буддизм таковой не является.

Буддизм — это в первую очередь философское учение, цель которого — направить человека на поиск истины, выхода из сансары, осознание и видение вещей такими, какими они являются (это один из ключевых аспектов буддизма). Также в буддизме нет понятия бога, т. е. это атеизм, но в смысле «не-теизма», поэтому если и относить буддизм к религиям, то это нетеистическая религия, так же, как и джайнизм.

Ещё одно понятие, которое свидетельствует в пользу буддизма как философской школы, — это отсутствие каких-либо попыток «связать» человека и Абсолют, в то время как само понятие религии (‘связывание’) и есть попытка «связать» человека с Богом.

Таким образом, уяснив для себя, что буддизм не является религией, мы можем наконец приступить к описанию главных идей и концепций, на которых базируется эта школа философской мысли.

Если говорить о буддизме кратко и понятно, то его можно было бы охарактеризовать двумя словами — «оглушительная тишина»,  потому что понятие шуньяты, или пустоты, является основополагающим для всех школ и ответвлений буддизма.

Нам известно то, что, во-первых, за всё время существования буддизма как философской школы сформировалось множество его ветвей, самыми крупными из которых считаются буддизм «большой колесницы» (Махаяна) и «малой колесницы» (Хинаяна), а также буддизм «алмазного пути» (Ваджраяна). Также большое значение приобрёл дзен-буддизм и учение адвайты. Тибетский буддизм гораздо больше отличается от основных ветвей, чем другие школы, и некоторые считают именно его единственно верным путём.

Однако в наше время довольно сложно сказать, какая из множества школ действительно наиболее приближена к изначальному учению Будды о дхарме, потому что, к примеру, в современной Корее появились ещё более новые подходы к трактовке буддизма, и, разумеется, каждый из них претендует на право истинности.

Школы Махаяны и Хинаяны опираются главным образом на Палийский канон, а в Махаяне к ним добавляют ещё и Махаянские сутры. Но мы должны всегда помнить о том, что сам Будда Шакьямуни ничего не записывал и передавал свои знания исключительно устным путём, а иногда и просто через «благородное молчание». Лишь гораздо позже ученики Будды стали записывать эти знания, таким образом они дошли до нас в виде канона на языке пали и махаянских сутр.

Про йогу:  Противопоказания для занятий йогой в гамаках – основные меры предосторожности и рекомендации

Восьмеричный путь в буддизме кратко

Во-вторых, из-за патологической тяги человека к поклонению были возведены храмы, школы, центры по изучению буддизма и т. д., что естественным образом лишает буддизм его первозданной чистоты, и с каждым разом нововведения и новообразования снова и снова отдаляют нас от основополагающих концепций. Людям, очевидно, гораздо больше по душе концепция не отсечения ненужного с целью видения «того, что есть», а, наоборот, наделения того, что уже есть, новыми качествами, приукрашиванием, что лишь уводит от изначальной истинности к новым трактовкам, неоправданным увлечениям ритуальностью и, как следствие, к забвению истоков под грузом внешнего декора.

Эта участь не только одного буддизма, а, скорее, общая тенденция, которая свойственна людям: вместо того, чтобы понять простоту, мы отягощаем её всё новыми и новыми умозаключениями, в то время как нужно было делать обратное и избавляться от них. Об этом и говорил Будда, об этом и его учение, и конечная цель буддизма как раз в том и состоит, чтобы человек осознал себя, своё Я, пустоту и недуальность сущего, чтобы в конце концов понять, что даже «Я» в действительности не существует, а оно есть не что иное, как конструкция разума.

В этом и состоит суть понятия шуньяты (пустоты). Для того чтобы человеку было проще осознать «оглушительную простоту» буддистского учения, Будда Шакьямуни учил о том, как правильно выполнять медитацию. Обычный ум получает доступ к знаниям через процесс логического дискурса, точнее, он рассуждает и делает выводы, таким образом приходя к новым знаниям. Но насколько они новы, можно понять из самих предпосылок их появления. Такое знание никогда не может быть действительно новым, если человек пришёл к нему логическим путём из пункта А в пункт Б. Видно, что он использовал отправные и проходящие точки для того, чтобы прийти к «новому» выводу.

Обычное мышление не видит в этом препятствий, в целом, это общепринятый метод получения знаний. Однако не единственный, не самый верный и далеко не самый эффективный. Откровения, посредством которых были получены знания Вед, — это другой и принципиально отличный способ доступа к знаниям, когда сами знания открывают себя человеку.

Особенности буддизма кратко

Мы провели параллель между двумя противоположными способами доступа к знаниям не случайно, т. к. медитация — это и есть тот метод, который позволяет со временем получать знания непосредственным образом в виде откровений, прямого видения и знания, что принципиально не возможно сделать, пользуясь так называемыми научными методами.

Конечно, Будда не дал бы медитацию для того, чтобы человек научился расслабляться. Расслабление — это одно из условий для входа в состояние медитации, поэтому говорить о том, что сама медитация содействует расслаблению, было бы ошибочно, но именно так часто представляют медитационный процесс людям несведущим, новичкам, отчего складывается неверное первое впечатление, с которым люди и продолжают жить.

Медитация — это тот ключ, который раскрывает перед человеком величие пустоты, той самой шуньяты, о которой мы говорили выше. Медитация — это центральная составляющая учения буддизма, потому что только через неё мы можем познать пустоту. Опять же, речь идёт о философских концепциях, а не о физико-пространственных характеристиках.

Медитация в широком смысле слова, в том числе медитация-размышление, также приносит свои плоды, потому что человек уже в процессе медитационного размышления понимает, что жизнь и всё сущее обусловлено, — это и есть первая пустота, санскрита шуньята — пустота обусловленного, что означает, что в обусловленном отсутствуют качества необусловленного: счастье, постоянство (вне зависимости от продолжительности) и истинность.

Вторая пустота, асанскрита шуньята, или пустота необусловленного, также может стать понятной благодаря медитации-размышлению. Пустота необусловленного свободна от всего обусловленного. Благодаря асанскрите шуньяте, нам становится доступно видение — видение вещей такими, какие они есть на самом деле. Они перестают быть вещами, и мы наблюдаем лишь их дхармы (в этом значении дхарма понимается как некий поток, не в общепринятом смысле слова «дхарма»). Однако и здесь путь не заканчивается, потому что Махаяна считает, что и сами дхармы есть некая вещественность, поэтому и в них нужно найти пустоту.

Восьмеричный путь в буддизме кратко

Отсюда мы приходим к третьему виду пустоты — Махашуньяте. В ней, а также в следующем виде пустоты шуньяте шуньяты, кроется отличие буддизма традиции Махаяны от Хинаяны. В двух предыдущих видах пустоты мы всё ещё признаем двойственность всего сущего, дуальность (это то, на чём основана наша цивилизация, противоборство двух начал — плохого и хорошего, злого и доброго, малого и великого и т. д.). Но в этом и коренится заблуждение, т. к. нужно освободиться и от принятия различий между обусловленностью и необусловленностью бытия, и даже больше — нужно прийти к тому, чтобы понять, что пустота и непустота — лишь ещё одно порождение ума.

Это умозрительные концепции. Конечно, они помогают нам лучше разобраться в концепции буддизма, но, чем дольше мы цепляемся за дуальную природу сущего, тем дальше мы находимся от истины. В этом случае под истиной, опять же, понимается не некая идея, потому что и она была бы вещественной и принадлежала бы, как и любая другая идея, миру обусловленного, а следовательно, не могла бы быть истинной. Под истиной следует понимать ту самую пустоту махашуньяты, которая приближает нас к истинному видению. Видение не судит, не разделяет, поэтому его и называют видением, в этом его принципиальное отличие и преимущество перед мышлением, потому что видение даёт возможность увидеть то, что есть.

Но и сама махашуньята — это ещё одна концепция, а следовательно, не может быть полнейшей пустотой, поэтому четвёртой пустотой, или шуньятой, называется свобода от каких бы то ни было концепций. Свобода от размышлений, но чистое видение. Свобода от самих теорий. Только свободный от теорий ум способен увидеть истину, пустоту пустоты, великую тишину.

В этом величие буддизма как философии и его недосягаемость по сравнению с другими концепциями. Буддизм велик тем, что он ничего не пытается доказать или в чём-то убедить. В нём нет авторитетов. Если же вам скажут, что есть, — не верьте. Бодхисаттвы приходят не для того, чтобы вам что-то навязать. Всегда помните изречение Будды о том, что, если вы встретите Будду, убейте Будду. Нужно открыться пустоте, услышать тишину — в этом правда буддизма. Его апелляция — исключительно к личному опыту, открытию для себя видения сути вещей, а впоследствии и их пустоты: в этом заключена кратко концепция буддизма.

Здесь мы сознательно не стали упоминать о «Четырёх благородных истинах», которые повествуют о дуккхе, страдании, — одном из краеугольных камней учения Будды. Если вы научитесь наблюдать за собой и за миром, вы и сами придёте к этому выводу, а также к тому, каким образом можно избавиться от страдания, — тем же самым, каким вы его обнаружили: нужно продолжать наблюдать, видеть вещи без «соскальзывания» в суждение. Только тогда их можно увидеть такими, какие они есть. Невероятная по своей простоте философская концепция буддизма между тем доступна своей практической применимостью в жизни. Она не выдвигает условий и не раздаёт обещаний.

Учение о колесе сансары и реинкарнациях также не является сутью этой философии. Объяснение процесса перерождения — это, пожалуй, как раз то, что делает её применимой для использования в качестве религии. Этим она объясняет, почему человек появляется в нашем мире раз за разом, также это действует в качестве примирения человека с действительностью, с той жизнью и воплощением, которое он проживает в этот момент. Но это лишь объяснение, уже данное нам.

Жемчужина мудрости в философии буддизма заключена именно в способности и возможности человека увидеть то, что есть, и проникнуть за завесу тайны, в пустоту, без какого бы то ни было вмешательства со стороны, при отсутствии посредника. Это именно то, что делает буддизм гораздо более религиозным философским учением, чем все другие теистические религии, т. к. буддизм предоставляет человеку возможность найти то, что есть, а не то, что нужно или кто-то предписал искать. В нём нет цели, а следовательно, он даёт шанс для настоящего поиска или, правильнее сказать, для видения, открытия, потому что, как бы парадоксально это ни звучало, но нельзя найти того, к чему стремишься, что ищешь, чего ожидаешь, т. к. искомое становится всего лишь целью, а она запланирована. По-настоящему найти можно лишь то, чего не ждёшь и не ищешь, — только тогда это и становится настоящим открытием.

то я? Зачем я живу? Для чего я родился? Как появился этот мир? В чём смысл жизни?

Когда человек сталкивается с такими размышлениями, он начинает искать ответы в существующих концепциях самосовершенствования. Все направления дают определённые толкования и рекомендации как получить ответы на подобные вопросы и разрешить внутренние сомнения и поиски: кто-то советует верить, кто-то — служить, кто-то — изучать или постигать, накапливать опыт.

В этой статье мы рассмотрим одну из концепций саморазвития, которая была сформулирована 2500 лет назад Буддой Шакьямуни в Сарнатхе и получила название «четыре благородные истины и восьмеричный путь». Будда предлагал не брать услышанное на веру, а путём размышления, анализа и практики проверять эти концепции на личном опыте. Можно даже сказать: открыть их заново, пережить и прочувствовать, чтобы формальное знание от услышанного трансформировалось в истинное постижение и нашло применение в практической части жизни.

Размышляя о человеческой жизни, мы замечаем, что она состоит из разных событий: как радостных, так и грустных, как счастливых, так и горестных. Фраза, что жизнь – это страдание (или череда тягот) означает, что в нашей жизни есть некоторое несовершенство, непостоянство, переменчивость, то есть присутствует то, что причиняет нам боль. Кто-то скажет, что это норма, это естественно: чёрное и белое, смена настроения, эмоциональные реакции, постоянная непредсказуемость завтрашнего дня. Однако с точки зрения духовного развития человеческое существо разумно, способно самостоятельно принимать решение и знать, что ожидает его в будущем, причём как в этой жизни, так и в будущей.

Про йогу:  Покупайте лучшую модную одежду для йоги — найдите комфорт и стиль | [Имя бренда]

Анализируя причины происходящего в жизни, мы выявляем, что в первую очередь это – наши желания, которые мы не можем реализовать в полной мере. Существует такая мудрость: «Желания удовлетворить невозможно, они бесконечны». То, к чему мы стремимся, либо вообще не приносит нам ожидаемого счастья, радости и удовлетворения, либо быстро «приедается», либо так и остаётся неосуществлённым. И – самое печальное – всё, чего бы мы ни достигли, мы утратим рано или поздно.

Эта концепция становится очевидной для каждого в тот момент, когда человек осознаёт, что он смертен. Зачастую это происходит тогда, когда человек тяжело заболевает или переживает какой-нибудь сильный стресс, или же просто стареет.

С точки зрения духовного самосовершенствования человеческая жизнь не должна постоянно балансировать между желанием, пресыщением или разочарованием, не должна быть такой же нестабильной, как этот материальный мир. А человек должен научиться перестать отождествлять себя со скоплением бесконечных «хочу».

Какое желание в большей степени присуще людям? Желание наслаждаться. Чтобы человек ни делал, что бы ни искал, цель всех его действий сводится к одному и тому же – получить наслаждение, удовольствие. Состояние постоянного наслаждения именуется счастьем. Стремлению к этому счастью человек посвящает свою жизнь. Однако, как мы знаем, в нашем мире (мире сансары) нет ничего постоянного. Для того чтобы хоть как-то сгладить горечь разочарования, боль потерь, человек начинает ставить перед собой новые цели, суть которых по-прежнему заключается всё в том же самом – стремлении получать наслаждение, стремлении по-максимуму заполнить свою жизнь «приятным» и попытке оградить себя от «неприятного».

Приятные ощущения мы стремимся повторить и усилить, несмотря на то, что это не всегда достижимо, от неприятных – избавиться, что тоже порой весьма проблематично. Таким образом, возникает привязанность к тому, что мы называем «хорошее» и неприятие того, что мы называем «плохим».

Привязанность (страстное желание) относится к одному из трёх ядов, приковывающих человека к непрерывной череде рождений и смертей: Колесу Перерождения. Яды эти: страстное желание, невежество и ненависть. Они отравляют наше сознание, поэтому мы не способны видеть истину. Проблема человека заключается в том, что он так поглощён удовлетворением своих бытовых иллюзорных желаний, настолько погряз в своих ничего не стоящих повседневных делах, которые он ошибочно считает чем-то невероятно важным, что теряет напрасно время пребывания в драгоценном воплощении.

Единственное желание, не приносящее страдания, не вызывающее ответной реакции, привязывающей нас к этому миру, уходит за пределы материального мира – это желание полного освобождения.

Другая причина страдания – это кармические реакции, то есть результат наших прошлых действий. Считается, что на каждое совершённое действие мы рано или поздно получаем ответную реакцию: или в этой жизни, или после обретения тела в будущей жизни. Обретение нового тела именуется реинкарнацией.

Буддийская теория реинкарнаций отличается от такой же теории в индуизме. С точки зрения индуизма существует череда «рождений» и «смертей», то есть существо/душа приходит в этот мир, находится в нём какое-то время, а потом уходит. Согласно буддийскому учению (направления Тхеравада или Хинаяна) реинкарнацию можно объяснить на таком примере: стёклышки калейдоскопа всегда одни и те же — они не берутся ни откуда, и никуда не исчезают, однако при каждом повороте калейдоскопа проявляется новое изображение. Эти стёклышки и есть наборы элементов, из которых формируется индивид. Они рассыпаются и складываются вновь при каждом повороте калейдоскопа сансарического мира.

Подводя итог вышесказанному, можно сказать, что результатом наших неблаговидных поступков и страстных желаний станет деградация, выливающаяся в воплощение существом с более низким уровнем развития.

Возможно ли обрести контроль над желаниями и привязанностями? Да, погасить огонь желаний можно, искоренив привязанности и достигнув состояния освобождения (нирвана, самадхи, недвойственность). Описать состояние нирваны невозможно уже потому, что, во-первых, она есть нечто, полностью противоположное дуккхе (страданию), но это не общепринятый рай для некой конкретной души. И, во-вторых, нирвана влечёт за собой прекращение всего известного в мире сансары. То есть она даже не противоположность сансары (как противопоставление «добро-зло»), а нечто совершенно иное.

В этой связи некоторые люди могут посчитать нирвану чем-то негативным, ведь она отрицает всё, что так дорого сердцу большинства обитателей этого мира. Но Учение Будды утверждает, что человек, достигший нирваны, уже при жизни избавляется от иллюзий и заблуждений, и от связанных с этим страданий. Он познаёт истину и освобождается от всего, что угнетало его прежде: от тревог и беспокойства, от комплексов и навязчивых идей, от эгоистических желаний, ненависти, самодовольства и гордости, от давящего чувства долга. Человек освобождается от желания что-то получить, ничего не накапливает – ни физического, ни духовного, поскольку понимает, что всё, что может предложить нам сансара, есть обман и иллюзия. Он не стремится к так называемой самореализации, связанной с отсутствием собственного «я». Не сожалеет о прошлом, не надеется на будущее, живя одним днём. Человек не думает о себе, он преисполнен вселенской любви, сострадания, доброты и терпимости.

Не искоренивший в себе эгоистические устремления не способен достичь упомянутого состояния. Соответственно, тот, кто его достиг, является существом независимым и свободным. Но это ещё не всё – он способен видеть нужды других людей, способен разделять чужую боль, помогать жить другим, а не печься исключительно о своём собственном благополучии.

Таким образом, мы разобрали три истины из четырёх.

Четвёртая благородная истина показывает путь прекращения страданий и тягот этой жизни и представлена как Восьмеричный путь (арья аштанга марга).

Этот путь состоит из восьми частей и перед названием каждой части используется слово «самьяк». Обычно его переводят как «правильный», но в данном ключе это не совсем верно и неполно. Более близким переводом будут такие слова, как: надлежащий, полный, исчерпывающий, целостный, законченный, совершенный.

Эта часть означает этап первого духовного прозрения и переживания. У разных людей это первое духовное переживание может возникать по-разному. Для одних путь видения начинается как следствие личной трагедии, утраты или несчастья. Вся жизнь разрушается, и на этих развалинах человек начинает задаваться вопросами о смысле и цели бытия, начинает глубже всматриваться в жизнь и размышлять о ней. У некоторых этот этап может наступить как следствие спонтанного мистического переживания. У других людей это может произойти совсем по-иному – в результате настойчивой и регулярной практики медитации. Когда человек систематически успокаивает свой ум, сознание становится ясным, мыслей становится меньше или они не возникают вовсе. Наконец, оно может возникнуть, по крайней мере, у некоторых — из всей полноты жизненного опыта, особенно когда человек становится старше и обретает зрелость и мудрость.

Что такое совершенное видение? Можно сказать, что это видение природы бытия. Это, прежде всего, видение нашего подлинного состояния в настоящее время: состояния привязанности к обусловленному бытию, символом которого является колесо сансары. Это ещё и видение нашего потенциального состояния: будущего состояния просветления, символами которого являются Будда, мандала пяти Будд и чистая земля (мир, где самосовершенствование стоит на первом месте). И, наконец, это видение пути, ведущего от первого состояния ко второму.

Большинство практиков, обретя первое постижение и развивая его некоторое время, оказываются в непростом положении: они понимают истину рассудком, могут о ней говорить, читать лекции, писать книги, и всё же они не способны осуществить её на практике. Может возникнуть такое ощущение: «Я знаю это точно, вижу ясно, но не могу претворить в практику». Поднявшись на несколько сантиметров, он тут же срывается, и кажется, что срыв отбросил его на несколько километров.

Мы можем говорить, что что-то знаем, но знаем это только рассудком, это знание теоретическое. Пока сердце остаётся в стороне, пока мы не чувствуем то, что понимаем, то есть пока не участвуют в процессе наши чувства, никакой духовной жизни нет, как бы активно ни работал наш мозг, как бы ни велик был интеллектуальный потенциал.

Совершенное чувство отображает введение совершенного видения в нашу эмоциональную природу и последующее её коренное изменение. Это означает осознанное преодоление отрицательных эмоций, таких как вожделение, злость и жестокость, и культивация таких позитивных качеств, как даяние, любовь, сострадание, сорадование, спокойствие, доверие и преданность. Отметим, что большинство перечисленных чувств являются общественными: они затрагивают других людей и возникают в ходе межличностных отношений. Поэтому так важно, чтобы в обществе, в котором мы находимся, мы постоянно взращивали правильный дух.

В данном случае речь идёт о нескольких последовательных уровнях общения: правдивости, дружелюбия, полезности и способности приводить к согласию. Прежде всего, совершенная речь и идеальное общение отличаются правдивостью. Как правило, мы любим слегка отступить от истины: добавить лишних подробностей, преувеличить, преуменьшить, приукрасить. Действительно ли мы знаем, о чём думаем и чувствуем? Большинство из нас живут в состоянии умственной путаницы и хаоса. При случае мы можем повторить то, что слышали или читали, можем воспроизвести это при необходимости. Но при этом мы не понимаем того, что говорим. Если мы хотим говорить правду в более полном смысле, следует прояснить свои мысли. Нужно сохранять пристальную осознанность и знать, что у нас внутри, каковы наши мотивы и побуждения. Говорить правду – значит быть самим собой, то есть посредством речи выражать то, что мы собой представляем в действительности, что мы подлинно знаем о себе.

Про йогу:  Супта матсиендрасана техника выполнения

Также важно, разговаривая с человеком, поднимать его на новый уровень бытия и сознания, а не опускать вниз. В этом заключается полезность речи. Нужно стараться видеть хорошую, светлую, позитивную сторону вещей, а не заострять внимание на негативном.

Совершенная речь способствует согласию, гармонии и единству. Это взаимная помощь, основанная на взаимной правдивости, на осознании жизни друг друга и нужд друг друга и ведущая к взаимному самоопределению. Когда совершенная речь достигает гармонии, единства и преодоления, она одновременно достигает своей вершины – молчания.

Согласно учению Будды в том виде, как оно сохранилось в традиции любой школы, правильность или неправильность действия, его совершенство или несовершенство определяются состоянием ума, в котором его совершили. Иначе говоря, важен нравственный критерий. Вести нравственную жизнь – значит действовать исходя из самого лучшего, что в тебе есть: из самого глубокого знания или проникновения в суть, из самой самоотверженной любви и самого чуткого сострадания. То есть это не просто внешнее действие, оно также согласуется с совершенным видением и чувством (намерением).
Совершенное действие – это ещё и целостное действие, то есть деяние, в котором человек участвует полностью. Большую часть времени в действии принимает участие только какая-то наша часть. Бывает, что мы полностью погружены в какое-то занятие. В это мгновенье вложена каждая капля нашей энергии, усилия, рвения, интереса. В эти моменты мы узнаём, что способны отдаваться действию целиком и полностью. В такие моменты мы испытываем удовлетворение и покой.

В этом разделе в большей части рассматривается способ получения средств на существование. В текстах приводится много слов Будды о совершенном способе зарабатывать на жизнь. В первую очередь эти объяснения касаются воздержания от некоторых профессий (например, торговля живыми существами, а также связанная с мясом и различными наркотиками, изготовлением оружия, гаданием и предсказанием судьбы). Рекомендуется зарабатывать столько денег, чтобы хватало на очень скромную жизнь, а остальное время уделять саморазвитию, духовной практике и распространению знаний.

Духовная жизнь – это активная жизнь, однако не праздное времяпрепровождение. Это трудный и суровый путь. Совершенное усилие заключается в непрестанной работе над собой. Человек берётся за дело с энтузиазмом, но очень часто это дело скоро приедается. Энтузиазм испаряется, будто его и не было вовсе. Происходит это потому, что внутренние силы инерции, которые сдерживают нас и тянут вниз, чрезвычайно велики. Это касается даже такого простого решения, как встать утром пораньше, чтобы заняться практикой. В начале мы можем принять такое решение, и нам удастся это несколько раз. Но через некоторое время появляется искушение и возникает душевный конфликт: вставать или оставаться в тёплой постели. В большинстве случаев мы проигрываем, так как силы инерции очень велики. Потому очень важно разбираться с собой, узнавать, что такое ум и что в нём содержится, как он работает. Для этого необходима большая честность, по крайней мере, по отношению к себе. Чтобы в ум не проникли ещё не возникшие неискусные мысли и не овладели им, необходимо быть бдительным по отношению к чувствам и уму, то есть «охранять врата чувств». Мысли обычно застают нас врасплох – мы даже не замечаем, как они приходят. Мы не успеваем опомниться, а они уже в самом центре ума.

Рекомендуется предупреждать и устранять негативные состояния ума и развивать благие. Далее сохранять те высшие состояния, которые мы развили. Очень легко откатиться назад: если прекратить практику на несколько дней, можно обнаружить себя на том месте, с которого мы начинали несколько месяцев назад. Если же прилагать усилия, то в конце концов достигается стадия, начиная с которой двигаться вспять уже невозможно.

Наш ум очень легко сбить и увести в сторону. Мы легко отвлекаемся, потому что наша сосредоточенность очень слаба. Слабость нашей сосредоточенности объясняется тем, что у нас нет никакой главной цели, которая оставалась бы неизменной в суматохе всех разнообразных дел. Мы всё время переключаемся с одного предмета на другой, с одного желания на другое. Внимательность (сосредоточенность) – состояние памятования, неотвлечения, постоянства. Мы должны учиться смотреть, видеть и осознавать и благодаря этому становиться чрезвычайно восприимчивыми (это осознание вещей). Всё больше осознавая свою эмоциональную жизнь, мы замечаем, что неискусные эмоциональные состояния, связанные со страхом, вожделением, ненавистью, начинают отступать, тогда как искусные эмоциональные состояния, связанные с любовью, покоем, состраданием, радостью, становятся более чистыми. Если вспыльчивый, гневливый человек начинает развивать осознанность чувств, через некоторое время практики он начинает осознавать свой гнев прежде того, как разгневается.

Если мы слышим неожиданный вопрос «О чём ты сейчас думаешь?», часто вынуждены ответить, что и сами не знаем. Это происходит потому, что мы часто не думаем по-настоящему, а просто позволяем мыслям протекать через свой ум. В результате осознанности ум становится безмолвным. Когда исчезают все мысли, оставив только чистое и ясное сознание, начинается подлинная медитация.

Слово «самадхи» означает состояние твёрдой устойчивости и неподвижности. Это устойчивое пребывание не только ума, но и всего нашего существа. Это слово можно также трактовать как сосредоточенность и однонаправленность ума. Однако это много больше, нежели хорошее сосредоточение. Это кульминация всего процесса изменения от непросветлённого состояния к просветлённому. Это полное наполнение всех сторон нашего существа совершенным видением. На этом этапе происходит достижение более высокого уровня бытия и сознания.

Рассмотрев внимательно все элементы Восьмеричного Пути, мы можем понять, что человек, вступивший на путь самосовершенствования, поступает иначе, чем человек, отдавшийся круговороту сансары. Преображается его повседневная жизнь, ощущения, восприятие, изменяется отношение к своим жизненным задачам и окружающим его живым существам.

Также важно помнить, что путь – это совокупный процесс: мы постоянно следуем всем стадиям восьмеричного пути. Мы развиваем совершенное видение, что-то открывается внутри нас и это воздействует на наши чувства, преображая их и развивая совершенные грани. Совершенное видение проявляется в нашу речь, воздействуя на неё так, что она становится совершенной. Наши действия также испытывают влияние. Мы изменяемся во всех отношениях, и этот процесс продолжается.

Последователи разных духовных школ и направлений по-своему осуществляют практику учения, однако все они сходятся в отношении к сформулированным четырём благородным истинам и частям Восьмеричного Пути. Жизнь для каждого закончится одним и тем же – таинством смерти. Будда говорил, что тот, кто прежде смерти сумел преодолеть три яда — страсть, гнев и невежество – не должен бояться ни этого момента, ни того, что ждёт за ним. Такой человек больше не будет страдать. Его разум перейдёт на более высокий уровень существования.

Посредством изучения и практики этих глубоких наставлений важно получить опыт ясного и недвойственного восприятия, научиться поддерживать это состояние и использовать свою энергию, время и жизнь в разумных целях. Разумность определяется каждым самостоятельно. Однако примеры учителей прошлого демонстрируют нам альтруизм, самопожертвование и сострадание к окружающим: менее просветлённым и реализованным.

Ведь самое большое счастье, когда окружающие живые существа обретают покой, гармонию, определённую реализацию и постижения, перестают ограничивать себя своим телом, окружающей материальностью, жаждой, зависимостью и болью. Становятся свободными и счастливыми, что даёт уже возможность им самим передавать эти знания и опыт дальше. Таким образом совершенствуя, гармонизируя и оздоравливая общество и весь мир вокруг.

Используемая литература:
Корниенко А.В. “Буддизм”.
Сангхаракшита “Благородный восьмеричный путь Будды”.

Пути спасения в буддизме

Наиболее
крупными разновидностями буддизма,
отразившими внутреннюю борьбу различных
тенденций, являются хинаяна и
махаяна. Хинаяна—«узкая
колесница», «узкий путь спасения»,
принципом которого являлся отказ от
участия в мирской жизни, уход в монашескую
общину (сангхи). Однако уже в I в. по мере
развития феодальных отношений стало
очевидным, что это учение не пригодно
в качестве государственной религии
Индии. Более широкое распространение
получает другое направление — махаяна —
«большая колесница», «широкий путь
спасения». Махаяна отказывается от
прежней замкнутости буддизма, предоставляя
возможность спасения всем верующим.
Любой мирянин может достигнуть нирваны.
Именно это позволило буддизму стать
мировой религией.

В
догматику махаяны были внесены некоторые
изменения. Так появляется учение
о бодисатве.
Бодисатвы — это будущие будды, которые
благодаря своим высоким нравственным
качествам в итоге многих перерождений
становятся буддами. Они могут погрузиться
в нирвану, но добровольно отказываются
от этого, помогая людям в деле спасения.
К бодисатвам можно обращаться с молитвами,
а после смерти общаться с ними в раю,
набираясь добродетелей для обретения
нирваны. В махаяне значительно усложняется
культ, а пантеон богов пополняется за
счет прошлых и будущих будд.

Разновидностью
махаяны является ламаизм.
Он распространен преимущественно среди
тибетцев, монголов, бурят, калмыков,
тувинцев. Ламаизм возник в Тибете в VII
в., в Монголию проник в конце XVI в., в
Бурятию — в XVII в. Ввиду полной неграмотности
населения этих районов буддийская
обрядность была предельно упрощена.
Поскольку неграмотные люди не могли
выучить молитвы, то тексты с этими
молитвами вставлялись в специальные
колеса (хурдэ). Для общения с бодисатвами
йужно было не произносить молитву, а
вращать колесо со вставленными текстами
молитв. Местный пантеон шаманских богов
был очень популярен среди тибетцев и
монголов, поэтому буддизм включил
наиболее почитаемых шаманских богов,
как спокойных (амарлингуй), так и свирепых
(докшитов). В божественный пантеон
ламаизма были включены и наиболее
почитаемые национальные герои, в
частности Чингис-хан. В отличие от
буддизма ламаизм главное внимание
уделял организации различного рода
празднеств, собиравших огромные массы
верующих. Особенно популярен праздник
в честь будды Майдари, который помогает
людям достичь нирваны.

Оцените статью
Йога-Оздоровление
Добавить комментарий